 |
|
Архиепископ прислушивается и кладет руку на сердце. Слуга (входя). Победа! Победа! Мы победили, монсеньор!..
-- Тимоша! -- крикнул Левинсон осоловелому парнишке на крыльце. -- Иди овес покарауль: Морозка уезжает...
Его навестили Кросс и полковник Райдер, но он отказался даже звонить генералу Файфу. У меня здесь их рапорт. - Они неправильно с ним обращались, - усмехнулся я...
Смотрите также:
А. Балод. Ги де Мопассан и политтехнология
Муромов И. А. Отрывок из книги \'\'100 великих любовников\'\'
Ю. И. Данилин. Мопассан-романист. Предисловие к романам \'\'Жизнь\'\' и \'\'Милый друг\'\'
«Одиночество» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 3) Также вы можете получить: |
Тем временем:
...
Черты знакомы.
"Судьба - это суфлер, читающий пьесу ровным голосом без страсти и без
выражения. Свистки, крики, аплодисменты и все прочее производят люди",
гласит один из старых афоризмов Людвига Берне. [1]
Но Берне говорит о судьбе народов. Судьба отдельного человека,
называется ли она Роком, Фатумом, Ананкэ, Мойрой или Кармой, всегда
индивидуальна, прихотлива и всегда заложена в самом человеке. Некто же в
сером возвещает только незыблемые каноны жизни Человека - каждого человека:
"Вот пройдет перед вами вся жизнь Человека с ее темным началом и
темным концом. Доселе не бывший, таинственно схороненный в безграничности
времен, не мыслимый, не чувствуемый, не знаемый никем, - он таинственно
нарушит затворы небытия и криком возвестит о начале своей короткой жизни.
Родившись, он приимет образ и имя человека и во всем станет подобен людям,
живущим на земле. Их жестокая судьба станет его судьбой, и его жестокая
судьба станет судьбою всех людей. Неудержимо влекомый временем, он
непреложно пройдет все ступени человеческой жизни от низу к верху и от
верху к низу. Ограниченный зрением, он никогда не будет видеть следующей
ступени, на которую уже поднимается нетвердая нога его. Ограниченный
знанием, он никогда не будет знать, что несет ему грядущий час - минута. И
в слепом неведеньи своем, томимый предчувствиями, волнуемый надеждами и
страхом, он покорно совершит круг железного предначертания... Придя из
ночи, он возвратится к ночи и сгинет бесследно в безграничности времен, не
мыслимый, не чувствуемый, не знаемый никем. И Я, тот, кого все называют Он,
останусь верным спутником человека во все дни его жизни, на всех путях
его". [2]
Жизнь человеческая в образе сгорающей свечи, которую держит в руках
Некто в сером, это символ, родственный современному сознанию и по сказке
Андерсена, и по ее первоисточникам, [3] и по параллельному образу Бальзака
в "Шагреневой коже"...
