 |
|
Кан скрестил руки и откинулся на спинку скамьи. Его энергичное лицо с крупным, красиво очерченным носом, выдававшим еврейское происхождение, было угрюмо...
"Где бы мне здесь остановиться? - задумалась Ласточка. - Надеюсь, город уже приготовился достойно встретить меня?..
Кроме того, Катага разрабатывал хитроумный план, чтобы не потерять свой престиж. Брог выпрямился, вытер лицо концом своего пояса и поглядел на небо, желая найти там признаки дождя...
Смотрите также:
А. Балод. Ги де Мопассан и политтехнология
Муромов И. А. Отрывок из книги \'\'100 великих любовников\'\'
Ю. И. Данилин. Мопассан-романист. Предисловие к романам \'\'Жизнь\'\' и \'\'Милый друг\'\'
«Приданое» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 3) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... На верхушке фронтона было изображено, как
св. Агнеса возносится наконец на небо и ее, такую маленькую, почти девочку,
берет в жены ее нареченный Иисус и приникает к ней бесконечно сладостным
поцелуем.
Пронизывающий ветер метался по улице, снег хлестал в лицо, казалось,
белые сугробы совсем погребут под собою порог, и девочка, забравшись на
подножие колонны, прижалась к статуям святых дев, стоявшим в амбразуре. То
были подруги Агнесы, ее постоянные спутницы. Три из них помещались по правую
сторону: св. Доротея, которая питалась в тюрьме хлебом, ниспосланным ей
чудом, св. Варвара, жившая в башне, и св. Женевьева, чья девственность
спасла Париж, - и три по левую: св. Агата с вывернутыми и вырванными
грудями, св. Христина, бросившая в лицо истязавшему ее отцу кусок
собственного мяса, и св. Цецилия, которую полюбил ангел. А над ними еще и
еще возвышались девы. Три тесных ряда дев подымались вместе с тремя арками,
украшая изгибы сводов торжествующим цветением девственных тел: внизу их
терзали, раздирали на части, наверху их приветствовали летучие сонмы
херувимов, и они в восторженном блаженстве водворялись среди небесных сфер.
Прошло много времени, становилось все светлее, пробило восемь часов, а
никто еще не помог девочке. Если бы она не утаптывала снег, он засыпал бы ее
до самых плеч. Старинная дверь за ее спиной была вся покрыта снегом и
побелела, точно опушенная горностаем, как и скамья у подножия фасада, такого
голого и гладкого, что ни одна снежинка не задерживалась на нем. Большие
статуи дев в амбразуре были особенно пышно одеты снегом и сверкали чистотой
от белых ног до белых волос. Группы на фронтоне над ними и маленькие девы,
видневшиеся среди острых изломов под сводами, были расцвечены белыми мазками
на темном фоне, а на самом верху фронтона, в заключительной сцене небесного
брака Агнесы, казалось, архангелы прославляли деву, осыпая ее дождем белых
роз...
